Что такое аффект: признаки, виды и причины состояния аффекта

Обновлено 23 июля 2021 629 Автор: Дмитрий Петров
Здравствуйте, уважаемые читатели блога KtoNaNovenkogo.ru. Есть такое состояние психики человека, которое называется аффект. Наступает он не часто и не у всех, но уж если наступил, то человек перестает быть самим собой.

Чаще всего это слово употребляется в составе фразы «состояние аффекта», о котором говорят, когда пытают объяснить состояние человека совершившего противоправные действия.

Но что это за аффект такой? И почему его наличие может освободить от ответственности даже по очень тяжким преступлениям.

Аффект — это…

В переводе с латинского языка слово «аффект» означает душевное волнение или страсть, возникающие, как реакция на травмирующее, угрожающее событие, где личность не видит нужный вариант решения.

Если говорить просто, то аффект – это кратковременное помутнение сознания, сопровождаемое сильными эмоциональными переживаниями, органическими изменениями и хаотичной двигательной активностью.

Находящегося в этом состоянии, можно сравнить со зверем, метающимся в клетке. Человек теряет контроль над собой – волевую и мыслительную функции, поэтому впоследствии не помнит того, что с ним происходило.

«Противоправные действия были совершены в состоянии аффекта, поэтому суд оправдал обвиняемого» – эту фразу часто говорят в кино.

В уголовном праве многих стран состояние аффекта является «уважительной причиной» для того, чтобы снять обвинения даже в убийстве, так как человек на момент преступления будто не принадлежит сам себе.

Неосознанные действия под влиянием сильных эмоций (как правило, негативных) не могут расцениваться, как умышленные, поэтому и спроса с индивида практически нет.

Важно отметить, что эмоции в обычном понимании (радость, страх, грусть) и аффект – это разные вещи. Первые воспринимаются индивидом, как «я», своим проявлением. Второе субъективно воспринимается, как «нечто, что от меня не зависит».

Состояния аффекта и невменяемости в уголовном праве. Справка

В уголовном праве физиологический аффект связывается с внезапно возникшим сильным, но кратковременным эмоциональным состоянием (душевным волнением), при котором происходит дезорганизация психической деятельности. Человек не теряет полностью понимания ситуации и совершаемых им действий, но практически не контролирует их.

Важнейшими признаками физиологического аффекта являются: — внезапность возникновения (аффект возникает внезапно против воли человека и как бы овладевает им);

— взрывоопасная динамика (за малый промежуток времени состояние достигает высшего предела);

— кратковременность (аффект исчисляется секундами и минутами; утверждение, что аффект длится 15–20 и более минут, является преувеличением: столь долгое время лицо может находиться в ином психическом состоянии, но не в аффективном);

— интенсивность и напряженность протекания (в состоянии аффекта у человека появляются дополнительные физическая сила и возможности);

— дезорганизующее влияние на психическую деятельность (в состоянии аффекта наблюдается сужение сознания до пределов психотравмирующей ситуации, теряется гибкость мышления, снижается качество мыслительных процессов, резко утрачивается самоконтроль, нарушаются целенаправленность и понимание целесообразности действий);

— усиление двигательной активности, резкое усиление поведенческих актов (человек совершает беспорядочные движения, наносит множество ранений жертве) и др.;

— вегетативные сдвиги (характеризуются изменением цвета кожных покровов (покраснение, побледнение) и модуляции голоса, аритмией дыхания, пересыханием слизистой полости рта, интенсификацией сердечной деятельности и др.).

Последствиями аффекта могут быть частичная амнезия и астенический синдром (подозреваемый (обвиняемый) иногда не в состоянии вспомнить отдельные детали происшествия, например не может сказать, где брал орудие преступления, куда и как наносил удары потерпевшему и т. д.).

Астенический синдром характеризуется спадом: физической и нервно-психической слабостью, повышенной утомляемостью и истощением, снижением порога чувствительности, крайней неустойчивостью настроения, нарушением сна.

Может наблюдаться и снижение адекватности поведения человека. Последнее особенно остро проявляется в попытках скрыть преступление (например, путем имитации самоубийства).

Лицо, совершившее преступление в состоянии физиологического аффекта (или некоторых других эмоциональных состояниях) подлежит уголовной ответственности.

Патологический аффект — кратковременное болезненное психическое расстройство, сопровождающееся глубоким помрачением сознания, импульсивными актами, частичной или полной потерей памяти (амнезией). Он характеризуется концентрацией сознания на травмирующих переживаниях с последующим аффективным разрядом. Действия человека сопровождаются бессвязной речью, чрезмерной жестикуляцией. Постаффективное состояние проявляется в общей слабости, сонливости или глубоком сне.

Патологический аффект является исключительным состоянием и довольно редко встречается в судебно-экспертной практике. Для установления аффекта в момент совершения противоправных действий лицами, страдающими психическими заболеваниями (шизофренией, эпилепсией, маниакально-депрессивным психозом и др.), проводятся комплексные судебные психолого-психиатрические экспертизы.

Лица, совершившие преступления в состоянии патологического аффекта, признаются невменяемыми и ответственности за свои действия (бездействие) не несут.

Уголовно-правовое значение аффект приобретает в том случае, если состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) вызывается насилием, издевательством, тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего.

Нахождение лица в состоянии аффекта при совершении преступлений — обстоятельство, существенно снижающее ответственность за совершенное деяние.

В Уголовном кодексе РФ содержатся две статьи, предусматривающие ответственность за совершение преступления в состоянии аффекта: совершение убийства (ст. 107) и причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью (ст.113). Преступление, предусмотренное ст. 113 УК, является преступлением небольшой тяжести, в то время как даже умышленное причинение среднего вреда здоровью без квалифицирующих признаков (ст. 112 ч.1) – преступление средней тяжести; убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107) – преступление средней тяжести, а умышленное убийство без квалифицирующих признаков (ст. 105 ч.1) — тяжкое.

Нахождение лица в состоянии аффекта — обстоятельство, подлежащее доказыванию (ст. 73 УПК РФ).

Невменяемость в уголовном праве – неспособность лица осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия), либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики (ст.21 УК).

Основание для признания лица невменяемым — это наличие одного из признаков юридического и медицинского критериев.

Юридический критерий заключается в отсутствии способности лица отдавать отчет в своих действиях и руководить ими. Юридический критерий включает в себя интеллектуальный и волевой признаки. Интеллектуальный – признак, указывающий на расстройство сознания, выразившееся в неспособности лица осознавать фактический характер и общественную опасность действия (бездействия). Волевой — признак, указывающий на расстройство воли, выразившийся в неспособности лица руководить своими действиями.

Медицинский критерий указывает на различные формы психических расстройств, выразившиеся в нарушении деятельности человеческого мозга. Содержит четыре признака: хроническое психическое расстройство, временное психическое расстройство, слабоумие, иное болезненное состояние психики.

Хронические психические расстройства — хроническая душевная болезнь, т.е. длительно протекающее расстройство психики (шизофрения, эпилепсия, прогрессивный паралич, паранойя и т.д.).

Временное психическое расстройство – психическое заболевание, продолжающееся тот или иной срок (относительно быстро) и заканчивающееся выздоровлением (патологическое опьянение (белая горячка), патологический аффект, реактивные состояния, т.е. расстройства психики, вызванные тяжелыми душевными потрясениями и переживаниями).

Слабоумие – различного рода снижения или полный упадок психической деятельности, связанные с поражением интеллектуальных способностей человека.

Иное болезненное состояние психики — болезненные явления, которые не являются психическими заболеваниями, но, тем не менее, также сопровождаются нарушениями психики (может наблюдаться при травмах головного мозга, опухолях мозга, брюшном тифе и других заболеваниях).

Установление наличия или отсутствия признаков медицинского и юридического критериев невменяемости осуществляется судом с помощью специалистов в области психиатрии.

Согласно УК РФ лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, не подлежит уголовной ответственности (ст. 21).

Лицу, совершившему предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера:

— амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра;

— принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа;

— принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа;

— принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением.

Материал подготовлен редакцией rian.ru на основе информации РИА Новости и открытых источников

Признаки состояния аффекта

Основными признаками аффекта являются следующие вещи:

  1. хаотичная двигательная активность, гримасы;
  2. дезорганизованное поведение;
  3. внезапность явления;
  4. истощение на уровне психики и тела;
  5. взрывные, буйные эмоции;
  6. неосознанность и бесконтрольность;
  7. кратковременное течение.

В такой момент человек как бы отрывается от реальности – дезориентируется во времени и пространстве. Все происходящее описывается словами «это было не со мной, как во сне, это был не я, некая сила руководила мной», сопровождается чувством безысходности.

Восприятие оказывается резко суженным и искаженным, часть психических функций блокируется: из памяти вылетают события, происходящее во время аффекта, а также те, что предшествовали его появлению. Иногда воспоминания о случившемся присутствуют, но частично, в виде обрывков.

С физиологической стороны возникают различные вегетативные реакции: учащается пульс, артериальное давление растет, происходит выброс большой дозы адреналина, сосуды спазмируются и т.д.

Аффекты в психологии и фазы их протекания

В психологии аффект – это интенсивные переживания, приводящие психику в сильнейшее возбуждение, возникающее в момент, когда личность не может удовлетворить особо важную потребность. Такая нужда может носить как биологический, так и социальный характер.

Например, инстинкт самосохранения – это природный механизм (биологический). Он «работает» одинаково у всех людей: если вам будет угрожать смертельная опасность (человек движется на вас с ножом), то ради своего выживания ваш организм – тело и психика – задействует всевозможные ресурсы.

В такой ситуации у человека открываются несвойственные ему «доселе» способности – он бежит быстрее самого крутого спринтера или дерется с обидчиком, как лучший в мире мастер по боевым искусствам. После спада аффекта эти способности исчезают, как будто их никогда и не было.

Течение аффекта делится на 3 стадии:

  1. Доаффективная – сознание еще сохранно, но наблюдаются нарушения в восприятии своих переживаний и происходящего. Постепенно эмоции выходят на передний план, логика теряется.
  2. Аффективный взрыв – сопровождается всеми явлениями, описанными в главе «Признаки». Обычно пик переживания сопровождается одной из двух бессознательных реакций: бей или беги.
  3. Постаффектная – человек чувствует себя «выжатым, как лимон», хочет спать. Отсутствуют любые эмоции и физические силы.

В состоянии аффекта личность теряет контроль, а это значит, что все его «надо», «должен», «обязан» растворяются, обнажая природную сущность.

Социальные нормы и правила уходят на задний план, и индивид делает то, что никогда бы не позволили себе в обычном умонастроении: может ударить, оскорбить и даже убить, если того будут требовать обстоятельства.

АФФЕКТИВНОСТЬ

Психопатология требует резкого разграничения между процессами познания и душевными побуждениями Слово «чувство» обозначает двоякого рода процессы и поэтому легко приводит к недоразумениям, так как многие ощущения получают наименование чувств. Точно также и „интеллектуальные чувства» Наловского являются процессами познания. Голод, жажда, боль и т. д. представляют собой смешанные процессы; они заключают в себе ощущение и относящееся к нему или, иначе говоря, вызванное им чувство. Другие физические ощущения, как, например, ощущения напряжения наших мышц имеют еще и другое отношение к чувствам, так как они не только оказывают вторичное влиянии на чувства, но и управляются ими и составляют, следовательно, непосредственно часть симптоматологии аффектов. Ограниченную таким образом группу функций мы называем аффективностью.

Только аффективность в тесном смысле оказывает как в здоровом, так и в болезненном состоянии общеизвестное влияние на физические функции (слезы, сердечная деятельность, дыхание и т. д.), равно как и на торможение и на выявление мыслей. Вообще она является движущим элементом наших действий. Реакцию на изолированное впечатление органа чувств она распространяет на весь организм и на всю психику, устраняет противоположные тенденции и придает, таким образом, реакции определенный объем и силу. Она обусловливает единство действия всех наших нервных и психических органов. Кроме того, она усиливает реакцию также и во временном отношении, придавая определенному направлению действия длительность, выходящую за пределы первичного возбуждения. Она является причиной множества расщеплений и преобразований нашего Я, некоторых форм бреда и т. д.

Аффективность обнаруживает известную самостоятельность по отношению к интеллектуальным процессам, так как аффекты могут переноситься с одного процесса на другой и так как разные люди столь различно реагируют на одни и те же интеллектуальные процессы, невозможно установить какую бы то ни было норму для аффективности. Точно также и развитие аффективности протекает у ребенка совершенно независимо от развития интеллекта.

Поэтому должны существовать различные типы в зависимости от характера реакции на процессы, имеющие резкую эмоциональную окраску. От этой особенности индивида зависит, станет ли он истериком или параноиком или же заболеет другой формой, которая считается в настоящее время функциональной.

Внимание представляет собой одно из проявлений аффективности. Оно руководит ассоциациями в такой же мере, как и чувства, и вне аффектов не проявляется. В патологии оно претерпевает такие же изменения, как и чувства.

У ребенка чувства могут, как это легко заметить, настолько заменить разум, что результат аффективного проявления и торможения ассоциаций равнозначен результату сложных логических операций. Это — так называемое инстинктивное реагирование.

В патологии аффективные анормальности выступают на первый план во всей картине болезни. При органических психозах аффективность отнюдь не притупляется, как это часто утверждали. Наоборот, у органиков аффективная реакция облегчена (по сравнению С нормальными людьми). Притупление же является лишь кажущимся, вторичным, в нем отражается притупление интеллекта. Если больной не может больше создать сложную идею или же полностью понять ее, то от него, естественно, нельзя ожидать соответствующей эмоциональной реакции.

То же самое относится и к алкоголикам; у эпилептиков аффективность тоже сохраняется, но вместо лабильности, наступающей при органических заболеваниях, она обнаруживает большую устойчивость.

У олигофренов мы встречаем всевозможные вариации аффективности, как и у здоровых людей, но только в еще более широких границах. При dementia praecox аффекты определенным образом подавлены, однако, проявления их могут быть еще доказаны.

Голотимное влияние общей установки настроения следует отличать (особенно в патологии) от кататимного влияния аффективной окраски отдельных представлений. Голотимное происхождение имеют, например, бредовые идеи маниакальных больных, меланхоликов; кататимными являются бред преследования и большинство невротических симптомов. Каждый здоровый и больной человек может в зависимости от ситуации обнаруживать голотимную или кататимную реакцию, причем склонность к тому или другому типу реакции может как угодно варьировать в своей силе, совершенно независимо одна от другой. В норме оба эти предрасположения выражены умеренно; у шизоида или циклоида одно из них представляется особенно сильным, у шизопата или циклопата одно из этих предрасположений усиливается вплоть до болезненного состояния, у шизофреника или маниакально-депрессивного больного одно из них повышено до психотического состояния. По Кречмеру этим психическим типам соответствуют определенные физические конституции.

Аффективность представляет собой одну из сторон наших влечений и инстинктов (эргий). Переживания, соответствующие влечениям, связаны с удовольствием (с внутренней точки зрения); переживания, стоящие в противоречии с влечениями, обозначают субъективно неудовольствие.

Важные для психологии глубин механизмы, как вытеснение, передвигание, перенесение и т. д. представляются само собой понятными аффективными механизмами; однако, с нашей точки зрения некоторые второстепенные представления Фрейда, как, например, цензура, должны трактоваться несколько иначе.

ВНУШЕНИЕ

Внушаемость является одной из сторон эффективности. Внушение и эффективность оказывают одинаковое действие на психику и на организм. Поскольку мы можем судить, они действуют также одними и теми же путями.

При примитивных соотношениях (у животных) могут быть внушаемы почти одни только аффекты. Внушаемость, как и эффективность, проявляется у детей раньше, нежели интеллект.

Внушение оказывает на совокупность индивидов такое же влияние, как и аффект на отдельное лицо: оно обусловливает единство и продолжительность действия; оно создает коллективный аффект. Чем больше эмоциональная ценность какой-либо идеи, тем она заразительнее. Внушаемость совокупности индивидов, по многим основаниям, больше, чем внушаемость отдельного лица.

Все, что описывается, как действие самовнушения, может быть столь же правильно описано и как действие эффективности.

Отношение внушаемости и эффективности к вниманию одинаково (равно, как и к болевому ощущению).

ПАРАНОЙЯ

До сих пор не удалось установить происхождения паранойи из патологической аффективной установки. В частности, недоверчивость, которая должна лежать в основе паранойи, не является аффектом. К тому же она встречается не при всех формах паранойи.

При паранойе вообще ни установлено общего, и первичного расстройства настроения. Скоропреходящие или длительные признаки маниакальных или депрессивных расстройств настроения встречаются при паранойе (как и у здоровых людей), но они являются не основой болезни, а лишь моментами, придающими картине определенную окраску. Ясно выступающие при этом болезненные аффекты являются вторичными следствиями бредовых идей.

Точно также при паранойе нет общего нарушения восприятия или апперцепции или общего изменения образов воспоминания. Наличность гипертрофии Я отнюдь не установлена при паранойе, как постоянный симптом.

То, что обозначают, как гипертрофию Я и как эгоцентрический характер, является отчасти следствием того обстоятельства, что при паранойе на первый план в психике всегда выступает аффективно окрашенный комплекс представлений. Поэтому у параноиков, равно как и у нормальных людей, обнаруживающих в силу каких-либо аффективных оснований или в силу констелляции установку на определенные идеи — повседневные, а также и менее обычные события вступают в ассоциативную связь преимущественно с этим комплексом. Поскольку многое, что не имеет никакого отношения к больному, приводится им в ложную связь с комплексом, постольку из этого возникает бред отношения. Поскольку все аффективно окрашенные комплексы имеют ближайшее отношение к Я, последнее оказывается выдвинутым на первый план; определение «гипертрофированное Я» отнюдь не является подходящим для этого процесса. Кроме того, у каждого параноика имеются стремления или желания, выходящие за пределы его возможностей; точно также и это не может еще быть обозначено, как гипертрофия Я.

Более тщательное исследование возникновения бредовых идей показывает, что под влиянием хронического аффекта (аффекта, связанного с данным комплексом) возникают заблуждения с помощью того же самого механизма, что и у здорового человека, находящегося в возбужденном состоянии. Патологический момент заключается в том, что эти заблуждения не могут быть корригированы и что они втягивают в свой круг новые переживания.

Предпосылкой для такой установки являются аффекты, которые обладают большой выключающей силой и весьма значительной устойчивостью в смысле сопротивления логическим функциям. Таким образом, ассоциации, соответствующие аффектам, становятся чрезмерно сильными и выявляются в течение долгого времени, ассоциации же, противоречащие аффектам, тормозятся, и дело доходит до логической слабости; но прежде всего благодаря этому возникает неправильное применение к собственной личности всего, что происходит в окружающей обстановке, возникают иллюзии памяти, которые осуществляют в бреде величия желания эйфорически настроенных больных; тех же больных, которые находятся в нормальном или депрессивном настроении, которые как-то чувствуют свою недостаточность для достижения поставленных перед собой целей, эти иллюзии памяти компенсируют (после того, как аффекты вытесняют из сознания невыносимое представление о собственной слабости) тем, что они переносят в бреде преследования причину неудачи во внешний мир; в борьбе с последним больной должен не понижать свою самооценку, а, наоборот, как борец за свое право, он может ее повысить. Ракоподобное распространение и неизлечимость бреда обусловливаются продолжающимся конфликтом между желанием и действительностью.

Что при бреде преследования должны иметь место другие соотношения, чем при бреде величия, явствует из того, что возникновение его происходит не непосредственно.

Предрасположение к созданию параноидного бреда находится в какой-то связи с шизоидней или шизофренией.

Некоторые, не часто встречающиеся формы бредовых построений при легких и остановившихся в своем развитии случаях шизофрении не могут еще быть клинически отграничены от паранойи. В остальном мы имеем основание предположить, что при шизофрении всегда имеет место анатомический процесс, которого нет при паранойе.

Формы так называемой паранойи (как, например, парафрения), которые не соответствуют Крепелиновскому понятию о паранойе (включая сутяжную форму), не могут быть в настоящее время ни безусловно отнесены к шизофреническому кругу, ни полностью отделены от него.

Рейтинг
( 2 оценки, среднее 4 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Для любых предложений по сайту: [email protected]